Если Вы оказались в столице Каталонии, Барселоне, то основными обьектами Вашего интереса, естественно, будут шедевры архитектора Антони Гауди. И недаром - самый близкий аналог экскурсии в мир иной цивилизации будет посещение Парка Гюель, Каса Батло и других его домов в центре Барселоны, и, как наибольшая точка удаления от всего что Вы когда либо видели на Земле, Собор Саграда Фамилия. Вам будет предоставлена уникальная возможность заглянуть в окошко распахнутое в невозможное на нашей планете - окошко с видом на архитектуру Биологической Цивилизации. Цивилизации, например, Леонедян, обрисованной несколькими торопливывми мазками братьями Стругацкими. Именно так будут выглядеть здания не построенные из бездушного камня и бетона, а живые, может быть даже одушевленные. На фоне всей этой невозможности, особо выделяется (что казалось бы невозможно - куда ж еще!) все еще строящаяся (и долго еще будет так) Саграда Фамилия. Со стороны, собор похож то ли на коралловй риф, то ли на замок термитов, но не пожалейте времени на стояние в очерди, и денег на входные билеты - внутри вас ждет нечто удивительное. Вы войдете не в здание, Вы войдете в бор, в рощу гиганских деревьев, чьи ветви и кроны сливаются с небом где-то там, в вышине, откуда, сюда на землю, лются потоки солнечного света и прыгают разноцветные зайчики отражений. Сколько бы Храмов Вы ни посетили, это будет удивительное, уникальное ощущение надвременности, надпространственности и естественной связи культур. Это не только Сад Ветхозаветного Эдема, это и Бор Кельтских Друидов, и Роща Шумерской Инанны. И в самом центре этого Бора, высоко на стволах корабельных сосен, Вы увидите четыре разноцветных сверкающих Янтарных Капли, с изображениями которые напомнят вам строфы: "Тебя там встретит огнегривый лев, И синий вол, исполненный очей, С ними золотой орел небесный, Чей так светел взор незабываемый..." Те, кто, в свое время увлекался разбором вторых, третьих и прочих смыслов текстов БГ (хотя эта песня и не его авторства), естественно знают что упомянутые создания называются тетраморфами (четвертый - человек или ангел) из Откровений Иоана Богослова (Апокалипсиса по-простому), а для пущей ясности, назначены Церковью в символы четырех Евангелистов. Но история возникновения этих символов, а также символики связанных с ними цветов, как и цветов коней Всадников Апокалипсиса куда более древняя...
А не возникало ли у Вас ощущения, что в творениях Антонио Гауди в бетоне, камне и металле воплощена не просто причудливая фантазия гениального художника, но и передана постоянно меняющаяся стихия Моря, морской воды? Иногда кажется, что такие дома и парки мог создавать художник, рожденный в море, всей душой погруженный в море... Зодчество Гауди стихиально. Поразительно, что морские мотивы - волнообразные орнаменты мозаик, в которых читаются завитки морских раковин, пенных гребешков волн, узоры прибоя на песке, изгибы тел морских обитателей - кальмаров, медуз, блеск чешуи проплывающих рыб и плавное покачивание водорослей - едва ли не самые яркие в архитектуре Гауди. А купол Ла Саграды Фамилиа? Звездчатое узорочье купола, к которому, словно лучи света, стекаются изящные колонны, напоминает потолки Альамбры - только Альамбра представляется образцом камерности, интимности в архитектуре, а Собор - величия и монументальности. Монтсеррат... Горы производят впечатление неподвластности времени и смене эпох. А будут ли фото Мадонны Монтсеррат? Пожалуйста, если есть! Спасибо!
Морская стихия? Да, конечно. Только не как самостоятельная сущность, какой могут быть безжизненные (надеемся что нет ) моря и океаны Европы и Титана, а именно в своей жизнесоздающей функции. Мне в первую очередь в созданиях Гауди видятся (древние) живые существа или целые биоценозы. А в своей колыбели - океане - жизненные формы и принимают свои истинные формы (по крайней мере формы гораздо более близкие к своим Формам в Платоновском понимании). А на суше жизнь вынуждена прятаться в панцири К сожалению, пока, нету
Риккардо Бофиль - каталонский архитектор. Родился в Барселоне, в 1939 году. Его архитектурное кредо формировалось под воздействием обучения в Барселонском университете архитектуры и в Архитектурной школе Женевы. К 1963 году сформировалось группа архитекторов, инженеров, социологов, дизайнеров, которые составили конфронтацию существующей выраженной утилитарной направленности архитектуры. К этой группе примкнул и Бофиль. Возникла особая философия, определившая и настроение сегодняшнего дня в архитектуре. Работы Бофиля продолжают анализ и интерпретацию архитектурного наследия прошлого, при этом улавливая тенденции будущего, учитывая социальные движения и альтернативное творчество представителей иных архитектурных направлений. Жилой дом "Замок Кафки"
Рикардо Бофиль. Преобразованный цементный завод. Профессиональный прогресс в области архитектуры неотделим от политических и социальных трансформаций, представляя собой единую концепцию жизни, своего рода "витальность" в архитектуре, когда архитектурное сооружение понимается как продукт истории, комплексного взаимодействия различных условий. В первый период своего творчества Бофиль активно использует традиционные элементы каталонской архитектуры. Затем он решает архитектурные задачи в социальном и политическом контексте, характерном для Испании. В крупных проектах Бофиля "звучат" геометрические формы и элементы, связанные с космосом, что уже составляет методологическую базу. Заинтересованный урбанистическим планированием Бофиль уезжает в Алжир и создает в юго-восточной части страны Деревню, кульминацию своих конструктивных идей. С 1971 года Бофиль - участник вариативных проектов для Франции "Новые города". Начиная с 1979 года Бофиль активно участвует во множестве архитектурных проектов во Франции - Маленький Собор, Аркады и Виадук в Версале, Театр в Марне-ла -Валле, а также сооружения в Париже и Монпелье - примеры его работы. Студию дизайна Бофиля, возникшую в 80-е годы, отличает неповторимый почерк, складывающийся во взаимодействии классических форм и геометрических конструкций. В 90- е годы работы, выполненные из стекла и стали, стали выразителями стиля архитектора. С 2000 года Бофиль работает в Барселоне, используя философию и темы, характерные для 60-х годов, при этом урбанистический дизайн преобразуется в направление "интегративный урбанизм". Фрагмент интерьера Нового замка Бофиля Новый замок Дом на месте цементного завода Дом на месте цементного завода Национальный театр Каталонии По материалам сайтов:http://www.ricardobofill.com
Возглавляя с 1963 года "Цех Архитектуры", Бофиль создает сооружения для стран Европы и Азии, основываясь на принципах авангардной архитектоники.Еще маленький пример урбанистического модерна Бофиля.
Сальвадор Эсприу - каталонский поэт, родился в 1913 году в семье солидного барселонского адвоката. Среди наиболее известных поэтических сборников - "Шкура быка", "Часы", "Страстная неделя", прозаическая книга "Скалы и море, лазурь". *** Около моря. Дом и надежды около моря. Корма над волною. Свобода синих дорог, и корабль, на котором я был капитаном. Глаза мои знали пространство покоя и мерный порядок маленькой родины. Я должен тебе рассказать, как это страшно, когда об окно разбивается ливень! Отныне черная ночь нависла над нами. Черные скалы зияют зевом крушенья. Пленник песни, разве смогу повернуть я штурвал к рассвету? Около моря были мой дом и надежды. Из книги "Кладбище Синеры", 1946 г. Каталонский скульптор Апеллес Феноза Погожий день, бегущий за бурей (Барселона)
И все-таки - Она, надежда... Богоматерь Монтсеррат. Деревянная скульптура Богоматери, установленная в монастырской базилике - настоящая местная достопримечательность. В 1025 году монастырь Монтсеррат основал аббат Олиба Рипольский, но уже в 9 веке, когда эти земли были освобождены от мусульман, в этих местах строились небольшие католические храмы. Монастырь Монтсеррат несколько раз перестраивался. Войска наполеона разрушили здание практически полностью, и его отстраивали заново. Паломники со всего мира едут в Монтсеррат поклониться статуе Черной Мадонны... Статую Мадонны вырезал из дерева Святой Лука, а в Испанию ее привез святой Петр. В горах Монтсеррат в 718 году Мадонну спрятали от нашествия мусульман, в результате чего следы ее были утеряны до 890 года. Тогда произошло чудо - в укромной пещере пастухи нашли Черную мадонну. Из пещеры слышалось пение ангелов и струился загадочный свет. Пещера стала называться святой, около нее была построена часовня. Существует несколько версий происхождения Черной Мадонны с младенцем. По одной из версий, для ее изготовления использовали иконографию Гора и Изиды, в которой нередко применяли черный цвет. По другой гипотезе, цвет статуи ассоциируется с Землей - матерью. Святой Амвросий придерживался именно такой версии. Не исключено, что древесина, из которой изготовили статую, со временем попросту почернела под действием тысяч свечей, которые зажигали возле нее. Святой Игнатий Лойола перед Святой Мадонной стал религиозным подвижником и снял оружие. Прибыв в монастырь 22 марта 1522 года Игнатий Лойола нашел там духовника, который исповедовал паломников. Им был тогда французский монах Иоанн Шанонес, ставший первым духовным отцом Игнатия. В душе Иоанна, очищенной отпущением грехов, воспоминания о былом рыцарстве преломились удивительным образом. Он передал свое оружие, шпагу и кинжал отцу Иоанну, чтобы тот повесил их как его приношения в часовне Божией Матери, после того, как Игнатий покинет монастырь. Впереди у Лойолы были падения и взлеты, испытания нищетой и славой, но все начиналось в тихой горной обители. "Я принес обет целомудрия по дороге в Монтсеррат..." - такие подробности путешествия Игнатия Лойолы дошли до наших дней. Публикуется по книге "Испания - перекресток тысячелетий. Исторический путеводитель".
И снова - Дина Рубина. "Боюсь, читатель ждет уже непременного описания тысячи раз описанного "каталонского модерна", - зданий Антонио Гауди. Во всяком случае, церковь Саграда Фамилиа - членистоногую, берцовокостную, папоротниковую, возносящуюся на всех открытках к небу Барселоны и давно уже ставшую Эйфелевой башней Каталонии, - замолчать путешественнику невозможно... Мы поднялись на лифте, а затем долго карабкались по внутренней лестнице на верхнюю площадку одной из башен этого мезозойского леса... Свистел заоблачный ветер, Барселона лежала глубоко внизу, оторопь заполняла то место в моем воображении, где, по всем приметам, должен был бы гнездиться восторг. Вокруг нас переплелись окаменевшие лианы и останки животных юрского периода. Напротив меня в одной из огромных шишек, вспухших на костлявом боку башни, сияла под солнцем россыпь вделанных в цемент бутылочных осколков... Вся архитектурная поверхность пузырилась, горбилась, топорщилась и сверкала драконьей чешуей... Легендарная церковь продолжала расти самопроизвольно, не спросясь у Гауди и тех, кто взращивает ее по сей день по эскизам гениального архитектора. Не знаю - кого страшноватая эта жизнь призвана наполнять религиозным трепетом, но только далеко, далеко от наивных каталонских святых, от Андрея, Фомы и Иоанна с их детскими ножками и ласково удивленными глазами, вознеслись щупальца гигантского перевернутого спрута - колокольни церкви Святого Семейства"...
Каталонский писатель Рамон Фолк- и - Камараза . Зеркальная комната: " Проснувшись, я не сразу понял, где нахожусь. Наверное, солнце уже клонилось к закату, но облака почти полностью скрывали его, и пейзаж казался грустным, тусклым, как на потемневшей от времени картине. Такие вечера хорошо коротать у камина — в Женеве нам этого сильно недостает: мы живем в просторной благоустроенной квартире, правда, без особенных роскошеств и, увы, без камина. Я отправился в сарай за дровами — там еще хранятся остатки трех кипарисов, которые пришлось спилить, потому что они сильно затеняли бассейн, — а потом набрал хвороста и сложил в очаг по всем правилам, как обучал меня отец: хворост, ветви потолще, а в глубине — большое полено. На растопку пошел номер «Журналь де Женев» за пятницу, прочитанный в самолете. Вскоре стало жарко, и пришлось выключить отопление. А через несколько минут, как это случается со мной всегда, я, не в силах оторвать глаз от огня, завороженно следил за событиями в очаге, стараясь угадать, куда направится пламя, вовремя подправляя выбившиеся ветви, пока хворост не превратился в пепел, а два средних полена не занялись как следует и огонь стал ровным и ярким. Ну что ж, теперь можно приняться за книгу. Но с чего же начать? Может, с тех вечеров в Вальнове, когда мне было семь лет и мы приезжали сюда на Страстной неделе, отец разжигал огонь в камине, а я во время вечерней молитвы частенько засыпал, устроившись на угловом диванчике? Или с вечеров военной поры — почти всю войну мы прожили в Вальнове, — когда не хватало дров и приходилось жечь все, что горело: балки для верхнего этажа (отец собирался надстроить дом и поселить наверху замужних дочерей), сцену старого разборного театра — декорации не собирали уже в тридцать пятом, когда умер брат, и не собрали больше никогда, поэтому для меня этот театр навсегда остался легендой, символом далекого золотого времени, которое я застал лишь в детстве и прожил неосознанно, как бы наполовину; но лучше всего я помню, как горели кипарисовые ветви, спиленные отцом потому, что под деревьями уже нельзя было пройти. Я с замиранием сердца смотрел, как свежие зеленые смолистые ветви шипели и искрились в камине, а потом превращались в огромный букет, словно сплетенный из раскаленной добела проволоки, и наполняли столовую густым ароматом. Еще помню, как мы собирали желуди под дубами, жарили их на углях и ели, пытаясь позабыть о голоде в те грустные вечера военной зимы... Вскоре после того, как появилась антенна радиостанции, в нашей тихой обители едва не разразился скандал. Тогдашний приходский священник был прямо-таки помешан на электронике, электроаппаратуре и по собственной инициативе установил в церкви магнитофон и усилители, позволявшие ему во время мессы услаждать слух прихожан божественной музыкой (включая ее на полную громкость) и в то же время просвещать паству с помощью записанных на магнитофон назидательных рассказов из жизни святых и великомучеников (рассказы эти падре Себриа брал из двенадцатитомной агиографии Святой Римско-католической церкви). Алтарь, где священнодействовал этот слуга господень, положительно напоминал операционный стол, а еще больше — реанимационную палату: электрические провода, бесконечные кнопки, индикаторы и мигающие лампочки… Однако падре Себриа прекрасно ориентировался в этом хаосе и всегда вовремя включал запись Санктуса, фуги Баха или биографии святых из Кесарии Каппадокийской (кажется, именно там они водились в изобилии). Злые языки и богохульники поговаривали, будто падре Себриа собирается записать, как кровь Христа капает на каменный пол, и прокручивать эту пленку во время мессы. В пылу увлечения электроникой священник, грешным делом, перестал выключать магнитофон, и только в ту минуту, когда совершалось таинство Причащения, в церкви царило торжественное благоговейное молчание, позволявшее направить помыслы свои к Господу. Но однажды — кажется, это случилось в воскресенье на утренней мессе, которую я обычно не пропускал, — в ту минуту, когда священник говорил о превращении хлеба в Тело Господне, гробовое молчание под сводами церкви нарушили звуки песенки, где речь шла о некоей сеньоре весьма сомнительного поведения, разбившей сердце цыгана, о чем последний и завывал под аккомпанемент гитары. Ропот пробежал по рядам благочестивых прихожан, лоб падре покрылся испариной, щеки его запылали, он второпях закончил обряд, подозвал служку, шепнул что-то ему на ухо и отослал в неизвестном направлении. Поскольку служка долго не возвращался, а цыган продолжал упрекать в неверности вероломную сеньору, священник лихорадочным движением нажал какие-то кнопки «алтарной аппаратуры» и включил концерт Палестрины на полную мощность, чтобы прихожане могли «насладиться тончайшими нюансами», как любила говорить наша соседка, когда слушала Моцарта. Наконец служка возвратился и, подойдя к падре, шепнул ему несколько слов на ухо, но тот только неодобрительно покачал головой и не издал ни звука, так что все остались в неведении. Выйдя со службы, я остановился поболтать с друзьями на площади Святого Элоя и вдруг увидел, как падре Себриа, сняв ризу, пронесся во весь дух к бензоколонке (это достойное заведение разделяло с церковью и сберегательной кассой честь красоваться на площади) и, подбежав к парнишке из Кан-Сиуло, который служил на бензоколонке посыльным, начал что-то объяснять ему, бурно жестикулируя. Как выяснилось впоследствии, священник обвинял несчастного во всех смертных грехах, а именно в том, что «он не только не ходит в церковь и не выполняет долг перед Господом, но еще и включает свой дьявольский транзистор на адскую мощность». Парнишка, надо сказать, защищался как мог, и отводил от себя обвинения (в особенности второе, на первое ему, вероятно, было наплевать), и даже убедил падре в полной своей невиновности, показав ему маленький транзистор, давно уже не работавший, потому что сели батарейки. Мысль о том, что сам лукавый решил поразвлечься и исполнить сию недостойную песню, подыгрывая себе на гитаре, видимо, не пришла в голову священнику — то ли из-за любви к электронике, то ли из-за склонности к позитивизму, он не верил в сверхъестественные объяснения подобных явлений, а потому провел тщательные изыскания и в конце концов выявил источник странных звуков, каковым и оказалась злополучная антенна радиостанции, установленная как раз накануне..."
Знакомьтесь, Жорди Саваль - каталонский музыковед, дирижер, крупнейший исполнитель аутентичной старинной западноевропейской музыки, исполнитель музыки на виоле да гамба (старинный смычковый струнный инструмент, родственный виолончели). Офицер Ордена искусств и литературы, Кавалер каталонского креста Святого Джорди, Почетный член Концертхауса в Вене, обладатель Золотой медали министерства культуры Испании за заслуги в области изящных искусств, Золотой медали правительства Каталонии, Почетный доктор Католического университета в Лувене... Folias de Espan'a Монтсеррат Фигуерас - супруга Жорди Саваля - каталонская певица (Барселона), серьезный исполнитель старинной музыки эпохи барокко. Награждена Французским орденом искусств и литературы, Крестом Святого Георгия от правительства Каталонии...Нежный голос ее души согревал этот мир в течение всей ее жизни...Этот голос - целый мир. Мир страсти и нежности, мир солнечного света и игры смутных теней, мир, полный ласки и неизбывной доброты. Кажется, в ее голосе поет сама жизнь человеческая, так богат оттенками голос певицы. О чем она поет ?...Это и размышление о Пути человека к Богу, и его смятение, и затаенная боль от сознания своей конечности и предельности всех усилий, и безграничное блаженство Любви, исцеляющей самые глубокие раны. И попытка осмыслить все, что происходит в жизни, в мире...В репертуаре Монтсеррат Фигуерас есть композиции, архаичные и по структуре, и по инструментальному сопровождению. Многие песни поются на старокаталонском, на старокастильском языках. Монтсеррат родила двух прекрасных детей, также ставших музыкантами, принимавших участие в некоторых музыкальных проектах. Слова кансьонеро - Святая Тереза де Хесус (Душа, искать тебя буду внутри...) Композиция конца 16- начала 17 века Текст 1-й композиции написан графиней Жарсенда, Прованс (1193-1215)Текст 2-й - Гюи де Каваллионом ( 1200-1225)Музыка также 12-13 века
От души радуюсь за тебя, Яник! Когда я куда-то отправлюсь? - только Богу и ведомо. Поклонись от меня Саграде Фамилии. Желаю хороших и интересных впечатлений! Ждем фотографий и рассказов в этой ветке, в т.ч.
Неделю там провели. Очень довольны. Только погода не очень (, Там в апреле в среднем в году 2 дождливых дня. В нашу неделю их было 4! Т.е. норма 2-х лет в одной неделе Но это ничего не испортило. Вот как мы отклассифицировали Барселону: Лучший город из городов 2-го ряда. Т.е. 1-й ряд - это Имперские столицы: Рим, Париж, Санкт-Петербург, Москва, Лондон и т.п. А из остальных - Барселона лучшая! Т.е. она перечисленных Имперских столиц не хуже. Просто этой импескости нет. Помимо описанного выше Стасом, а также супертуристческих объектов - прекрасны "простые" дома вдоль любой улицы. Роскошные витрины, тротуары, фонари, балконы и т.д. Повторю - на любой улице. И уверенно ощущается всенародный каталонский подъем. Без всякой агрессивности. Перескажу свою беседу на свободном английском языке с таксистом. Он в языках знаток) - принял нашу с женой беседу по-русски за немецкий язык_ - Джомен? - спрашивает. - Раша - отвечаю на чистом английском. - О, Путин из ноу гуд. - ОК - показываю жестом. - Фром Москоу? - Ноу, Санкт-Петербург. - О, Санкт-Петербург - бьютифал сити. - Верри бьютифал - отвечаю. Расставаясь он повторил: - Путин верри бед ( Вот так я свободно общался на иностранном языке на политические темы
Ну, не знаю, Яник. Чем тебе так нравятся "имперские" города?.. По-моему, маленькие города бывают много интереснее.
маленькие города НИКОГДА не бывают много интереснее имперских. Они м.б. приятнее и уютнее, но у них нет пышной истории, как у имперских. Неужели Красково или Томилино интереснее в чем-то Москвы?
Томилино и Красково - совсем не города, а просто придорожные поселки. Довольно грязные и скучные. А так, есть , например, Медина-Сидония, Ронда, Кадис и проч. - и Мадрид. )